«…земля еси и в землю пойдеши…»

Если сможешь хотеть, утирая постыдную влагу,
Отмывая, в крови перепачканный, блещущий клык
Отряхни, на пустого пространства бумагу,
То, к чему наконец-то привык.
В этом - правда… И сила пребудет с тобою,
Это - песня, звучащая в поросли алчущих лиц.
Удостоишься сам непременно, но - если достоин!
Иль, пред пропасти зевом, распластанным ниц
Упадёшь, одичало вгрызаясь в солёную землю,
Отказавшись, но всё ж ожидая, с вопросом «Когда?».
Неприятие ждет, твоей похоти искренно внемля,
Но пребудет рассвет, и погаснет ночная звезда!
Под лучом, что как прачка 
                 с вселенских мостков прополощет
Этот мир, в неизбывной реке бытия,
Ты проснёшься, - рассвет, жизнь становится проще,
Кровь засохла...  Как жаль, - эта кровь не твоя...
Ненаписанной строчкою кремово-белой
Возлежащая на простынях.
В каждой линии женского тела -
Завершённая бесконечность,
                 привидевшаяся во снах.
Беспричинство - гораздо важнее причины
В любой ипостаси стремленья,
И желанье мужчины (нехитрое дело), -
Лишь лёгкая дымка томленья
Душевного, влитого в женское тело.
Искуситель нашёптывал,
                 ветви обвив как лиана,
И она надкусила,
             не ведая в счастье обмана...
И свершилось,
             чему надлежало свершиться, -
Беззаботность Эдема
          сменилась трудом материнства.
Первородность греха,
          как предопределенье, по сути:
Счастье и красота,
              приводящие к этой минуте.
Отголосок ударов 
           Вселенского звонкого сердца -
В первых криках
                 рождающегося младенца!
                 Здравствуй,
                    Я так давно небыл
                             рядом с тобой…
                          Б.Г.

Здравствуй,
         Я вижу,
              что ты уже здесь, -
Так участвуй.
Видишь,
     сегодня опять
                 я такой же,
                          как есть.
Не препятствуй:
Неизмеряемость меры  -
                    расчетная суть,
Высшая сила  
          для крутоторчащих.
Организация пластики –
                     страшная жуть
В этой толпе
           одержимомычащих.
Ты уже здесь, -
           проявись,
                  ликвидируя вход.
Я уже жду,
  упершись в стекленеющий призрак.
Нет,
  будь уверен,
            уже не уйду,
Став вдруг
      таким инфантильно-капризным.
Чинно жуя,
        проплывает мычащий  поток,
Брошеный камень,
            в полете своем,
                         цепенеет,
Зримей становится,
              свыше означенный,
                             срок:
Вот он –
          заметен уже между строк;
Подлинно, -
               Я никудышный игрок,
( правда 
     и тот,
         кто способен,
               сыграть не сумеет )…
Лежа под солнцем,
          почувствуешь горизонталь;
Петля висящая –
             суть вертикали отвеса;
Я б середину себе между ними избрал,
Если б достало мне мозгу удельного веса.
 
Кровавого пламени свет на лице,
И не заметно в носу кольца -
Я африканец до мозга кости,
Моя псевдожизнь не имеет конца
В руке моей большое копье,
Есть у меня тотем и табу -
Все это вечно будет мое,
Большего в жизни я не пойму.
Солнце заходит, бросая мне тень,
Вечное марево мутит простор,
А я танцую, зовя новый день -
Он должен спуститься с Восточных гор.
Сила лишь в силе,
В бессилии - смерть,
И нету в мире зимы и весны.
Устав, опираюсь на вечную твердь,
И вижу то, что зовется "сны".
Нет в мире воли и рабства нет,
Нет ничего, кроме меня.
Вечно живу, исполняя завет -
Зову наступление нового дня.
Пусть станет завтра,
Вчера ушло,
Сегодня тоже сползает в тень.
Солнце в недра земли уползло,
И я танцую,
Зовя новый
Свой день.
Так хочется кричать,
             Но в этом мало толку –
Услышит ведь не тот,  
              Кто должен услыхать.
Ведь это так легко -
             Найти в стогу иголку,
Достаточно  
            Лишь, где она, узнать.
И снова в горле ком,
          И крик скатился в шепот,
И веки слиплись
                 От желанья спать,
И в небо тянется немереная копоть
От этих труб,
                Что не позатыкать.
feed-image My Blog